Всемирное историческое наследие.

Сегодня по телевизору, в новостях, сообщили об очередном сомнительном использовании государственных средств для ремонта. Речь шла о реставрации ограды Аничкова дворца в Санкт - Петербурге; на работы было выделено 59 миллионов рублей. Сумма огромная, но несмотря на это, уже через месяц, после окончания работ, штукатурка на колоннах начала трескаться и отваливаться, а металлическая решётка стала покрываться странными пятнами; на крыльях орлов оказалась повреждённой позолота. Вывод: по мнению специалистов, реставрация ограды проводилась с нарушениями технологических норм; в не подходящее время сырой Санкт – Петербургской осени. Ограда Аничкова дворца является объектом исторического наследия, охраняемой ЮНЕСКО; но, что значит это ЮНЕСКО для наших чиновников; когда речь идёт о такой сумме...

Если вы смеётесь при виде рабочих, укладывающих асфальт в дождь, в лужи; значит вы неудачник, живущий на мизерную зарплату и не мыслящий жизни без телевизора. Что вызывает смех у не далёкого обывателя – уверенность его в глупости руководителя, отдавшего такое нелепое, с его точки зрения, распоряжение – класть асфальт в воду. Смеётся то, как раз, руководитель, отдавший подобное распоряжение; смеётся над глупой уверенностью обывателя и над возможностью зарабатывать на этом обывателе и в дальнейшем; мнение обывателя о его «умственной неполноценности» руководителю «до лампочки»; он получает желаемое и отдыхает где – нибудь на виле в Испании.

Долгое строительство стадиона Зенит - Арена в Санкт Петербурге подало много поводов «умному» обывателю посмеяться над «глупостью» руководства строительством. Само руководство и контролирующие органы, сначала сдержанно, а, затем, всё более и более открыто подавали поводы для смеха – снова и снова требуются дополнительные миллионы рублей для окончания строительства и «умный» обыватель смеялся: «Ха – ха – ха! Какие глупые эти начальники! Ха – ха – ха!» Смеются и чиновники; но они - то, хоть имеют все основания для смеха – обыватель тешится сладкой мыслью о «глупом» чиновнике в то время, как у чиновника произошло очередное пополнение счёта в банке.

Журналисты, по заказу, подогревают уверенность «умного» обывателя в «глупости» чиновника и, время от времени, чтобы удержать общественное мнение в нужном русле, сообщают «умному» обывателю о вскрытых нарушениях и хищениях; создавая иллюзию законности. «Вскрывают» то, что и без журналистов, является очевидным; по – этому и толку от этого «вскрытия» никакого; в планы законности не входит намерение покарать виновных в хищении государственных средств. Журналисты нужны лишь тля того, чтобы тешить тщеславие «умного» обывателя, подтверждая его уверенность в правоте своего суждения; «умный» обыватель, после такого подтверждения, гордо бьёт себя в грудь и радостно восклицает:

- Вот! Правда! Ведь я же вам говорил!

Никто ещё не был наказан и не будет; никому не нужен, строящийся, уже более десяти лет стадион в Санкт – Петербурге, как законченный объект. Строительство стадиона интересно только, как «бездонная яма», куда уже исчезли и ещё исчезнут десятки миллиардов рублей. Чиновники бы продолжали строительство вечно; но все планы портит близящийся чемпионат мира по футболу. Всё это было предисловие к одной жизненной истории, свидетелем которой я был в середине девяностых; во время становления Российского бизнеса; как его понимали новоявленные предприниматели. История пришла мне на память в момент прослушивания, вышеописанных новостей, и имеет схожую суть.

Середина девяностых. Чиновники и, кто по – проворнее, делят государственную собственность, разваливая всё, что не может приносить сиюминутных доход. Я работал по совместительству во "Всероссийском научно-исследовательском институте торфяной промышленности" (ВНИИТП), располагавшемся на Марсовом Поле, в самом центре Санкт – Петербурга; дом графа Ф. М. Апраксина. Работать я начал ещё в советские времена; по – этому стал свидетелем всех перепетий и невзгод, свалившихся на сотрудников института в начале перестройки.

Я не в праве давать оценку работе научно исследовательских институтов, во множестве существовавших в советские времена; их экономической целесообразности существования; но, несомненно – какая - то польза от них была; да и речь вовсе не о том. Я хочу, лишь, рассказать о своих впечатлениях от сотрудничества с новоявленными бизнесменами и об их отношении к делу, открывшему мне глаза на истинное предназначение бизнеса и, в какой – то мере, изменившее мои взгляды на жизнь.

Вначале новые хозяева жизни появились в здании института в качестве арендаторов, заняв всего несколько помещений. Затем, используя свои связи с Кем Надо, арендаторы перешли в разряд хозяев, институт стал скромным арендатором, занимающим подсобные помещения, а, после, и вовсе оказавшийся на окраине города, в выделенных для него, с барского плеча, помещениях; там его история и закончилась. В здании бывшего института стал бизнесцентр.

Хозяйственной частью ВНИИТП управлял замечательный человек, главный инженер; специалист высшего класса. Новые хозяева, несмотря на всё поглащающую жажду обогащения, оказались людьми практичными и дальновидными – предложили главному инженеру остаться руководителем хозяйственной части здания. Он согласился; ну, а я при нём. У главного инженера появилась уникальная возможность привести здание к хорошему техническому состоянию, используя средства новых хозяев, к которым он нашёл дипломатический подход; ограниченное финансирование научно исследовательского института не позволяло навести полный порядок. Мы начали приводить все инженерные сети в порядок; в этом был заинтересован, как главный инженер, как человек ответственный; так и я; потому что я совместитель и чем меньше поломок, тем реже меня вызывают. Работы было не особенно много; потому что мы и до этого следили за порядком, изыскивая скрытые резервы; а при нынешнем финансировании залатали все слабые места. Где надо – там течёт; что должно греть – греет; что должно светить – светит и ни каких аварий. Хозяева довольны, а многочисленные представители проверяющих - энергетики, пожарные и санэпидемстанции уходят грустные. Производя все профилактические и ремонтные работы; мы даже не подозревали – какую страшную ошибку мы совершаем в силу своей врождённой недальновидности.

У хозяина три бизнес центра и, как в сказке – два нормальных, а третий – так себе. Если в нашем бизнес центре ни одной аварии за год; во втором – только небольшие неприятности; то в третьем, на Большой Морской улице – авария за аварией; сплошные потопы и постоянные жалобы арендаторов. Хозяина, конечно же, такой расклад никак не устраивает и он, время от времени, собирает всех главных инженеров на Марсовом Поле для совещания и демонстрации им – как необходимо правильно хозяйствовать; проводя экскурсии по зданию, по чердаку и подвалу. Мы довольны похвалами, а другие главные инженеры, хоть и внимают речам хозяина; но, как то, вяло. Между тем, аварии на большой Морской продолжаются и видя приближение зимы, хозяин принимает мудрое решение – раз главный инженер на Большой Морской такой никудышный руководитель, значит его нужно перевести на Марсово Поле, где всё налажено; а главного инженера с Марсова Поля, как отличного хозяйственника и организатора – на Большую Морскую; пусть там приведёт всё хозяйство в порядок.

На мой взгляд: решение, просто, гениальное; но к моему удивлению, вызвало полный протест со стороны главного инженера с Большой Морской улицы; там главным инженером была женщина, которая наотрез отказалась поменяться местами и, вот тогда то, я и познал основополагающие критерии бизнеса, доселе сокрытый от меня за пеленой ответственности. После того, как женщина объяснила свой отказ перейти на Марсово Поле, у меня случился шок; я был настолько поражён её словами и аргументами, что пошатнулись все мои долголетние представления о чести, совести и порядочности. Аргументом оказалось отсутствие аварий. «На чём же я буду зарабатывать? – услышали мы вопрос, - На Марсовом Поле нет аварий – нет и заработка. На ликвидацию каждой аварии в своём бизнес центре, я приглашаю подрядчиков, которые со мной делятся; а на Марсовом Поле у меня не будет никакого дополнительного заработка». То, что были удивлены мы – это закономерно; но и лицо самого хозяина вытянулось от удивления; хотя сам хозяин – тот ещё делец.

Женщина уволилась, а хозяин, предусмотрительно, отправлял всех новых претендентов на вакантное место главного инженера Большой Морской, на собеседование к главному инженеру на Марсово Поле. Мои знания, почерпнутые из этой истории и из многих других, отучили меня смеяться над рабочими, укладывающими асфальт в лужи; потому что – раз что - то делается, значит это кому – то, нет, не нужно, а выгодно; а смеющийся всегда остаётся не у дел. Так, что у ЮНЕСКО не много шансов сохранить для потомков объекты старины в России; впрочем, как и во всём мире, где слово – бизнес прочно вошло в лексикон чиновников.

На одном из памятных камней на Марсовом Поле, у вечного огня, высечены замечательные слова; но, к сожалению, все жертвы оказались напрасными.



ПеВлаНи